Мифодрама - Глава 2.2

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Логин:
Пароль:

Поиск





Суббота, 25.03.2017, 16:34
Приветствую Вас Гость | RSS
МИФОДРАМА
сайт Леонида Огороднова
Главная | Регистрация | Вход
Глава 2.2


2. Жертва.

 

Дальнейшее развитие скандинавской космогонии связано с развитием и гибелью Имира, что я, вслед за многими исследователями (например, Е.М.Мелетинским), рассматриваю как  первую Жертву, из которой строится весь мир.

Содержание (по сценам)  

1.     Одновременно с Имиром рождается корова Аудумла, которая кормит Имира своим молоком.
 2.     Имир потеет во сне и под мышкой у него рождаются инеистые великаны – мужчина и женщина, а нога с ногой зачинают сына. 
 3.     Одновременно с этим Аудумла лижет соленые камни, и из них в три дня рождается человек – сначала волосы, потом голова, потом весь человек целиком. Человека зовут Бури («Родитель»).
 4.     У Бури рождается сын Бор («Рожденный»). От великанши Бестлы у него рождаются три сына – Один, Вили и Вё.
 5.     Один, Вили и Вё убивают Имира.
 
Психологическая интерпретация
  
Как видно из содержания сцен, сюжет распадается здесь на две линии: линия Имира и великанов и линия Бури и его потомков. Объединяет их корова Аудумла. Для удобства анализа я свел эти линии в схему, разделенную на этапы. 

При анализе все время необходимо помнить, что психологическая интерпретация предполагает, что речь идет о интрапсихических факторах, то есть о силах, действующих в душе человека. И убиваемый Имир и убивающий его Один являются такими силами.

Первый этап эволюции захватывает период от рождения Имира до порождения им великанов. В это время корова Аудумла кормит Имира: Тогда спросил Ганглери: "Где жил Имир? И чем он питался?". Высокий отвечает: "Как растаял иней, тотчас возникла из него корова по имени Аудумла, и текли из ее вымени четыре молочные реки, и кормила она Имира".

Вспомним, что формой для Имира послужил иней Нифльхейма, а энергия ему была дана Муспелльхеймом. Однако эта энергия, необходимая для создания, сама по себе она не позволяет осуществлять работу. Энергию и направление необходимые для того, чтобы действовать, дает Имиру Аудумла, объединяющая мужскую и женскую функции (она кормит Имира и «оплодотворяет» камни, из которых рождается Бури: «Грудь и выделение молока являются генеративными элементами, которые могут появляться и в виде фаллоса, потому что в этом случае молоко символически воспринимается как оплодотворяющий фактор. Дающая молоко мать, самым распространенным символом которой является корова, дает рождение и может даже иметь отцовский характер» (Э.Нойман. Происхождение и развитие сознания). 

Таким образом, первый период - это  период роста, ассимиляции внешних ресурсов. В юнгианской интерпретации это звучит так: «Во всех мифах первоначального творения мы встречаем прегенитальный пищевой символизм, трансперсональный, потому что он происходит от первоначального напластования символов. Систола и диастола человеческого бытия сосредотачиваются на функциях пищеварительного тракта…Жизнь = силе = пище, эта самая ранняя формула обретения власти над чем угодно…» (Э.Нойман. Происхождение и развитие сознания). 

Параллельно с этим идет другой процесс – из камня рождается Бури. (Тогда сказал Ганглери: "А чем же кормилась сама корова?". Высокий говорит: "Она лизала соленые камни, покрытые инеем, и к исходу первого дня, когда она лизала те камни, в камне выросли человечьи волосы, на второй день - голова, а на третий день возник весь человек. Его прозывают Бури). Бури, как и Имир, является гермафродитом, по крайней мере, единственная его функция женская – продолжение рода:  «Ее дитя, как что-то ею "оплодотворяемое", в этом случае является рецептивным и женским, независимо от пола». (Э. Нойман. Происхождение и развитие сознания).

Итак, эволюция пошла двумя путями – наряду с Имиром в мире появляется Бури, который, в отличие от злобного Имира, «был хорош собою, высок и могуч». Это важнейший момент для понимания скандинавской мифологии в целом – борьба потомков Бора (асов) с потомками Имира (великанами) составляет основу подавляющего большинства мифологических сюжетов и приводит в конечном итоге к гибели мира. В психологическом плане здесь возможны самые разнообразные интерпретации с точки зрения развития детской психики, в общем виде сводящиеся к тому, что из океана бессознательного появляются зачатки сознания. В психотерапевтическом процессе проявление Бури знаменует новый этап. После того, как душевная пустота заполнена, появляется начало, которое в дальнейшем станет способным организовывать душевную жизнь клиента.

Второй этап описывает период от рождения великанов до умерщвления Имира. Активность Имира возрастает: "И сказывают, что, заснув, он вспотел, и под левой рукой у него выросли мужчина и женщина. А одна нога зачала с другою сына. И отсюда пошло все его потомство - инеистые великаны. А его, древнейшего великана, зовем мы Имиром". Это – период размножения, полученных ресурсов достаточно, что бы расширять свое влияние в мире.

Вместе с тем, начиная с появления Бури, растет влияние и противоположного стана. У Бури рождается сын: "У него родился сын по имени Бор. Он взял в жены Бестлу, дочь Бёльторна великана, и она родила ему троих сыновей: одного звали Один, другого Вили, а третьего Ве". Свершилось. Рождается верховный бог скандинавской мифологии, Один (хотя пока Один еще не является богом, ему нечем управлять).

Какое-то время Один мирно уживается с инеистыми великанами: «Тогда спросил Ганглери: "Каковы же были деяния его до того, как он сделал землю и небо?". И ответил Высокий: "Тогда он жил с инеистыми великанами».   Но для бога необходим мир, которым он мог бы править, поэтому для того, чтобы стать богом, он должен принести первую жертву – убить Имира.

С юнгианской точки зрения, убийство Имира – это сепарация Эго как от отцовской, так и от материнской фигуры, благо андрогинность первосущества позволяет таким образом интерпретировать это действие. 

Для понимания психотерапевтического процесса важнее, что убийство Имира – это жертва. Клиент жертвует с таким трудом приобретенным умением совладать с болью ради дальнейшего развития.

Философия жертвы – один из центральных пунктов в скандинавской мифологии. Большинство богов – Один, Тюр, Фрейр, Хеймдалль – приносят жертвы ради своих целей. Люди приносили жертвы богам. В повседневной жизни мы также приносим жертвы, вне зависимости от того, знаем мы об этом или нет, есть или нет у нас образ того, кому мы жертвуем.

Позволю себе воспользоваться «физической» метафорой. Создание какой-то структуры означает уменьшение энтропии (неупорядоченности). По физическим законам возможно только локальное повышение структурированности, и оно должно сопровождаться повышением энтропии где-то в другом месте вселенной таким образом, что бы общая энтропия системы возрастала. Автомобильный двигатель, чтобы работать, должен отдавать часть энергии в виде выхлопных газов; дикарь, чтобы согреться у костра или построить себе шалаш, вынужден уничтожать окружающие его леса; нефтеперерабатывающий завод поставляет бензин для наших автомобилей, но загрязняет окружающую среду и т.д. Во всех этих случаях общее количество энтропии возрастает, однако этот процесс мы можем контролировать. Древнейшим интуитивным способом снизить причиняемый вред является жертва. Например, дровосеки племени каттури в Индии, если им случится срубить несколько деревьев для постройки жилища, воздерживаются от употребления определенных лакомств в течение трех лет.

В нашей современной психической жизни любое начинание человека также сопровождается жертвой. Всякий раз, когда мы делаем выбор в пользу одной из альтернатив (а с точки зрения экзистенциальной психологии, вся наша жизнь состоит из таких выборов), мы отказываемся от осуществления всех остальных, по крайней мере в данный момент – и это наша жертва. Если решение принято осознанно, жертва принесена и у нас появляется больше шансов на то, чтобы принятое решение осуществилось. Когда я принимаю решение стать психологом и при этом отказаться от карьеры музыканта, то у меня больше шансов стать квалифицированным психологом, если я делаю свой выбор сознательно, а не под давлением обстоятельств. Пьющий алкоголик или сварливая жена так же жертвуют своим здоровьем или семейным благополучием, однако их жертва не осознана. Одной из задач психотерапии является сделать жертвование более осмысленным. 

Имир в космогоническом скандинавском мифе выполняет две функции: он является первичным материалом для создания мира и дает жизнь племени великанов. Жертвуя им, Один получает возможность, с одной стороны создать мир, в котором он станет практически безраздельным властителем (со всей сопутствующей такой власти ответственностью), а с другой стороны в лице великанов Один получает постоянную угрозу благополучию этого мира -  угрозу, которая, в конечном счете, приведет к его гибели.

В психотерапии клиент стоит перед выбором: остаться бездеятельным Имиром, весь смысл существования которого состоит в том, чтобы затыкать собой бездонную дыру, или рискнуть взять на себя ответственность за свою жизнь. 

Третий период начинается убийством Имира и заканчивается началом творения мира из его членов: «Множество космогонических мифов представляют первичное состояние — Хаос — как плотную и однородную массу, из которой невозможно вычленить никакой формы; или в виде похожей на яйцо сферы, внутри которой слиты воедино Небо и Земля; или как гиганта — макрочеловека, и т. д. Во всех этих мифах сотворение мира осуществляется как разделение яйца на две половины, изображающие Небо и Землю, или как расчленение однородной массы» (М. Элиаде. «Мефистофель и андрогин»).

Поскольку с точки зрения драматической постановки вторую и третью часть мифа о создании миров разделить невозможно, я дам рекомендации по инсценизации в конце следующей части.



Copyright Леонид Огороднов © 2017