Статистика


Онлайн всего: 2
Гостей: 2
Пользователей: 0

Форма входа

Логин:
Пароль:

Поиск





Суббота, 24.06.2017, 01:25
Приветствую Вас Гость | RSS
МИФОДРАМА
сайт Леонида Огороднова
Главная | Регистрация | Вход
Глава 7


Глава 7

Мифодрама
"Путешествие Тора и Локи в Утгард":
осознание ограничений

Настоящая глава описывает путешествие двух богов в край великанов, Утгард.

Скандинавское мироустройство описывается двояко: в «вертикальной» и «горизонтальной» проекциях. Вертикальной опорой мира является Мировое Древо Иггдрасиль. В горизонтальной проекции земля была обустроена богами так:

«Она снаружи округлая, а кругом нее лежит глубокий океан. По берегам океана они отвели земли великанам, а весь мир в глубине суши оградили стеною для защиты от великанов. Для этой стены они взяли веки великана Имира и назвали крепость Мидгард».

Мидгард означает «Срединная земля», здесь живут люди. Та земля, что досталась великанам, называется «Ётунхейм» («Дом ётунов») или «Утгард» («То, что находится за оградой»).

Вокруг земли свернулся гигантский Змей Ёрмунганд, отделяющий сушу от воды:

И когда они пришли к нему (дети Локи – к Одину - ЛО), бросил он того Змея в глубокое море, всю землю окружающее, и так вырос Змей, что посреди моря лежа, всю землю опоясал и кусает себя за хвост.

Еще «центральнее» располагается жилище богов – Асгард:

Вслед за тем они построили себе град в середине мира и назвали его Асгард

Хотя в таком описании Асгард совпадает с Мидгардом (при том, что он также находится «наверху», на небе), это противоречие не должно нас смущать, как и то, что Утгард находится одновременно и со всех сторон, и строго на востоке.

Таким образом, устройство мира выглядит следующим образом:

 

Психологически Утгард –это, во-первых, место, где живут «чужаки», «не наши», а во-вторых, место, где локализуются наши собственные страхи. Для традиционных и архаических культур Утгардом является любое место, находящееся вне ареала оседлости или кочевания. С развитием цивилизации человеку все труднее утверждать, что в за пределами знакомых ему мест обитают шестирукие великаны, но тенденция остается: теперь мы приписываем отдаленным народам черты, которые отрицаем в себе. Вспомним хотя бы рейгановское описание Советского Союза как «империи зла» и фантазии американцев о медведях, которые бродят по московским улицам.

Психологический смысл путешествия богов в Утгард я понимаю как возможность осознать ограниченность своих возможностей,  конфликт между «хочу» и «могу». Если дома, в огороженном и защищенном пространстве Мидгарда мы чувствуем, что «все под контролем», то, срываясь с насиженных мест, мы обнаруживаем, что в мире существуют и другие законы, нам неподвластные. Отношения Мидгарда и Утгарда подобны отношению бодрствования и сна – мало кто умеет контролировать свои сновидения. Зато есть много людей, убежденных, что они умеют, или полагающих, что сновидения не имеют никакого значения для их психической жизни.   

В юнгианстве существует представление об архетипе мана-личности, о котором подозрительно редко вспоминают современные психотерапевты. Под маной Юнг понимал сверхъестественные силы, психическую энергию, которой обладает бессознательное. Попытка Я отождествить себя с этой силой равносильна претензии на победу над бессознательным или объявлению себя богом: «Когда Я кичится своей властью над бессознательным, то бессознательное реагирует едва заметным выпадом, в данном случае доминантой мана-личности, чей чрезвычайный престиж захватывает Я в свои сети. От этого можно защититься только полным признанием собственной слабости в отношении сил бессознательного. Тем самым мы не противопоставляем бессознательному никакую силу, а потому и не провоцируем его» (К.Г. Юнг "Отношения между "Я" (Эго) и бессознательным").

На мой взгляд, именно такую ситуацию иллюстрирует миф о походе Локи и Тора в Утгард, хотя Тор, кажется, не делает соответствующих Юнгу выводов.

Сюжет мифа и психологический анализ

Вот характеристика, которую дает Тору Снорри:

Тогда сказал Ганглери: "А как зовут других богов? И каковы их деяния? И чем они прославлены?". Высокий отвечает: "Во главе их стоит Тор, который зовется также Аса-Тор или Эку-Тор. Он сильнейший изо всех богов и людей. Трудвангар зовутся его владения, а чертог его называется Бильскирнир. В этом чертоге пять сотен покоев и еще сорок. Он больше всех домов, что когда-либо строили люди. <...>
   У Тора есть два козла - Скрежещущий Зубами и Скрипящий Зубами и колесница, на которой он ездит; козлы же везут эту колесницу. Потому-то он зовется он Эку-Тор. Есть у него и еще три сокровища. Одно из них - молот Мьёлльнир. Инеистые великаны и горные исполины чуют молот, лишь только он занесен. И не диво: он проломил череп многим их предкам и родичам. И другим бесценным сокровищем владеет Тор - Поясом Силы.
     Лишь только он им опояшется, вдвое прибудет божественной силы. Третье его сокровище - это железные рукавицы. Не обойтись ему без них, когда хватается он за молот! И нет такого мудреца, чтобы смог перечесть все его великие подвиги. И столько всего могу я тебе о нем порассказать, что утечет немало времени, прежде чем будет поведано все, что я знаю".

Тор – защитник людей и богов, страж. Он постоянно находится в состоянии войны с великанами, защищая Асгард и Мидгард (сознание) от разрушения их великанами (силами бессознательного). В отличие от Одина, который если и отправляется к великанам с недобрыми намерениями, то действует хитростью, Тор олицетворяет собой грубую силу. Функции Тора оправданы до тех пор, пока он использует оборонительную стратегию. Когда он переходит в наступление, как в нашем мифе,  ему отводится роль сказочного Ивана-дурака, который, правда, так дураком и остается. В этом смысле примечателен диалог  между Гюльви (Ганглери) и Высоким, которым Снорри предваряет свой рассказ:

Тогда Ганглери сказал: "...А не приходилось ли Тору встречать на пути превосходящую его силу? Не ввергала ли его в беду чья-либо телесная мощь или колдовство?". Тогда Высокий молвил: "Мало кто, думаю, сможет рассказать о таком. Все же многое стоило ему великого труда. Но хоть бы и случилось Тору встречаться с силой, которой он не мог одолеть, негоже о таком рассказывать, ибо примеров тому немало, а всем надлежит верить, что нет никого сильнее Тора".

Локи - до определенного срока (до гибели богов) - является посредником между богами и великанами, поскольку живет между асов, но род свой ведет от великанов.

К асам причисляют и еще одного, которого многие называют зачинщиком распрь между асами, сеятелем лжи и позорищем богов и людей. Имя его Локи или Лофт. Он сын великана Фарбаути, а мать его зовут Лаувейя или Надь. Братья его - Бюлейст и Хельблинди. Локи пригож и красив собою, но злобен нравом и очень переменчив. Он превзошел всех людей тою мудростью, что зовется коварством, и хитер он на всякие уловки. Асы не раз попадали из-за него в беду, но часто он же выручал их своею изворотливостью. Жену его зовут Сигюн, а сына их - Нари или Нарви.

Он часто путешествует в Ётунхейм, порождает там чудовищ, и в то же время помогает асам, тому же Тору, сохранять существующее положение вещей. В мифе Локи играет роль «серого кардинала», он во многом управляет течением событий, оставаясь при этом в тени.

Об отношениях Тора и Локи известно из «Старшей Эдды». Тор выступает как главный преследователь Локи, Локи часто провоцирует Тора на агрессию, спит с его женой Сив, тем не менее они часто путешествуют вместе с делом и без.  В частности, Тор обязан Локи обретением своего главного оружия – молота Мьёлльнира и возвращением его после того как молот украли великаны.

Тандем Тора и Локи – это сочетание двух очень разных психологических сил, силы и коварства, которое редко бывает устойчивым. В мифах, где они эффективно сотрудничают, у них есть четко сформулированная цель (например, вернуть молот Тора) и схема действий: сначала Локи втирается в доверие к супостату, а затем Тор его убивает. Во время Путешествия в Утгард они ни разу не сотрудничают, каждый действует сам по себе. 

Если, беря с собой Локи, Тор рассчитывал на его помощь, он сильно ошибался. Первым деянием Локи было лишение Тора его средства передвижения, а заодно и неисчерпаемого источника пищи – козлов Тора.

Обычно Тор путешествовал в колеснице, запряженной двумя козлами по имени Скрежещущий зубами и Скрипящий зубами. Способ передвижения быстрый и очень шумный, как и пристало богу-громовнику. Одно из имен Тора – Хлориди – как раз и означает «Едущий в шуме». Именно таким образом Тор и начал путешествие в Утгард, о чем свидетельствует другое упоминаемое в начале повествования имя – Эку-Тор (Тор-Колесничий). Во время ночевки в «одном доме» в Мидгарде Локи, вижимо, решил, что для путешествия в стан врагов такой выезд слишком помпезен и лучше будет не устрашать великанов грохотом колесницы, а пробраться в Утгард тихой сапой. Для этого он вывел из строя одного из козлов (как водится, чужими руками) и дальнейшее путешествие продолжалось пешком.

Кроме как тягловая сила, козлы использовались и как провиант – будучи съеденными, они могли воскреснуть при условии, что кости оставались в неприкосновенности. После того, как козлов пришлось оставить, еды у путешественников стало мало.

Вместо козлов Тор и Локи приобрели двух слуг – брата и сестру Тьяльви и Рёскву. Тьяльви оказался самым быстрым человеком на земле. Он таскал мешок Тора и участвовал в одном из испытаний в Утгарде. Зачем понадобилась Рёсква, остается только догадываться.  

Если снова прибегнуть к юнгианской интерпретации мифа, то обнаружится, что проделка Локи привела к тому, что число путешественников увеличилось до сакрального числа 4, символизирующего целостность: 

«Чтобы сориентироваться, мы должны обладать функцией, которая утверждает, что имеется нечто (ощущение): далее, другой функцией, устанавливающей что это - которое нечто - (мышление): третья функция устанавливает, подходит нам это нечто или нет, желаем ли мы его для себя или нет (чувство): И наконец, четвертая функция определяет источник, из которою возникло это нечто и его направление (интуиция)».

С определенной натяжкой по характеру испытаний, которые предстоит пройти путешественникам, можно сказать, что Тор здесь символизирует «ощущение», Тьяльви – «мышление», а Локи – «эмоции». Состав группы имеет структуру 3+1 (трое мужчин, одна женщина). На долю бездействующей в мифе Рёсквы остается подавленная «интуиция»: «В аналитической психологии очень часто "подчиненная" функция" (функция, находящаяся вне сознательного контроля субъекта) представляет "четвертую", и ее интеграция в сознание является одной из главных задач процесса индивидуации». 

Психологический смысл смены способа путешествия обусловлен характером взаимоотношений сознания и бессознательного. Путешествие в Утгард, прежде всего, характеризуется ситуацией неопределенности: «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». У Тора и Локи нет ни цели путешествия, ни плана действий, они выходят в путь навстречу приключениям, полагаясь исключительно на собственную спонтанность. Нагрянуть в гости к великанам в облике бога-громовника означало бы спровоцировать их агрессию и усилить сопротивление.

Таким образом, в результате проделки Локи характер путешествия изменился – вместо увеселительной прогулки богам и людям пришлось преодолевать тернистую дорогу в Утгард.

Дорога эта лежала на восток, через глубокое море и темный лес – широко распространенные в мифологии символы бессознательного. Встреча с первым  великаном состоялась ночью. Описание встречи подчеркивает превосходство великана: «И вот посреди ночи случилось сильное землетрясение, заходила вся земля под ними ходуном, а дом так и затрясся. Тор поднялся и позвал своих товарищей, и, пробираясь вперед, они обнаружили пристройку по правую сторону дома, как раз посредине. Они вошли туда, Тор встал у входа, а остальные забились вглубь. Все были напуганы, но Тор сжимал рукоять молота и был готов защищаться. Вскоре они услышали сильный шум и грохот. А с приходом дня вышел Тор и видит: лежит человек в лесу неподалеку и росту немалого. Он спал и громко храпел. Тут Тор уразумел, что это грохотало ночью. Опоясывается он Поясом Силы, и прибыло у него силы божественной. И тут же проснулся человек и сразу встал на ноги. И, как сказывают, впервые Тору не хватило духу ударить молотом, и он спросил того об имени. Тот назвался Скрюмиром. "А мне,- сказал он, - нужды нет спрашивать, как тебя звать. Знаю я, что ты Аса-Тор. Не ты ль уволок куда-то мою рукавицу?". Потянулся рукою Скрюмир и поднял рукавицу, и Тор видит, что ее-то он и принял ночью за дом, а большой палец рукавицы - за пристройку.» Это первый случай нерешительности Тора, первое признание мощи бессознательного.

Далее сюжет разворачивается в том же ключе – Тор оказывается неспособным развязать котомку великана, а после – убить его. Удары молота спящий Скрюмир воспринимает то как листок, упавший с дерева, то как желудь, то как ветку. На прощание Скрюмир дает совет в Утгарде не заноситься, а еще лучше, повернуть назад. «Не сказано, чтобы асы пожелали скоро с ним свидеться».

Сцена со Скрюмиром (что означает «Хвастун», имя вымышленное) окрашена двумя эмоциями Тора: страхом и яростью. Ситуация развивается непредсказуемым для Тора образом, неопределенность увеличивается: Тор не знает имени великана, а тот его знает; верное оружие трижды дает осечку. Чувства Тора характерны для «конфликта нереализованного желания», конфликта между «хочу» и «могу», когда действительность не дает возможности реализовать потребности. В результате такого конфликта снижается самооценка, что может привести к комплексу неполноценности. Роль «самого сильного» не выдерживает испытания действительностью. Перед тем, как расстаться, Скрюмир «добивает» Тора: «Я слышал, вы перешептывались, что человек я росту немалого: так увидите вы людей и повыше, если попадете в Утгард. Примите теперь мой добрый совет: не слишком там заноситесь. Люди Утгарда-Локи не потерпят насмешек от какой-то мелюзги». (Сравни, у Эрика Эриксона: «На данной же стадии развития любой ребенок склонен демонстрировать возросшую нетерпимость к попыткам ограничить свободу его передвижения и возможность постоянно задавать вопросы. Резкий рост инициативы в поступках и фантазиях делает проходящего эту стадию ребенка особенно уязвимым в отношении принципа талиона, - и вот он уже неутешительно близок к расплате по правилу "око за око, зуб за зуб". В таком возрасте (3-4 года - ЛО) маленькому мальчику нравится притворяться великаном, ибо он боится великанов, поскольку отлично знает, что его ноги слишком малы для башмаков, которые он носит в своих фантазиях.»)

Далее ничтожность богов и людей по сравнению с великанами подчеркивается описанием размеров города, городских стен и замка на воротах, который Тор открыть не смог, так что путешественникам пришлось протискиваться между прутьями решетки.

Прием, оказанный конунгом Утгард-Локи, оскорбителен: «Того, кто так далеко забрел, нечего спрашивать о новостях. Или ошибся я, приняв этого коротышку за Эку-Тора»?

Совпадение имен правителя Утгарда и спутника Тора говорит о многом. В комментариях к «Младшей Эдде» есть ссылка на Саксона Грамматика, где говорится, что в более ранней форме мифа Утгард-Локи – это Локи, изгнанный из Асгарда в Утгард. В этом случае миф приобрел бы вид состязания между Тором и Локи, в котором Локи победил бы. Такая трактовка, конечно, дала бы нам возможность выстроить стройную психологическую интерпретацию: все «теневое», неугодное, вытесненное в бессознательное никуда не девается, и на своей территории побеждает. Однако «раздвоение» Локи дает дополнительные преимущества для интерпретатора, поскольку подчеркивает условность разделения на «своих» и «чужих». «Наш» Локи пытается помочь Тору, «чужой» - противостоит ему, и все это происходит одновременно, такова двойственная природа трикстера. Если зайти еще дальше (а участники групп на обсуждении к этому приходили), то можно предположить, что вся операция по заманиванию Тора в Утгард с последующим его посрамлением была изначально спланирована единым Локи. Это подтверждается и тем, что Скрюмир, издевавшийся над Тором и одновременно служивший ему проводником, в конце-концов оказывается правителем Утгарда, и зовут его Утгард-Локи.

Вернемся к мифу.  Первое испытание, назначенное конунгом, приходится проходить Локи – ему нужно съесть свою доли еды быстрее, чем противнику. Его противником оказывается человек по имени Логи, и Локи проигрывает.

Второе испытание проходит Тьяльви, которому нужно обогнать юношу по имени Хуги. Тьяльви проигрывает в трех попытках, каждый раз отставая все больше, однако удостаивается похвалы Утгард-Локи.

Следующие испытания проходит уже сам Тор и последовательно проигрывает целых три: он не может выпить штрафного рога великанов, поднять кошку и побороть старуху по имени Элли. Каждая неудача Тора сопровождается оскорбительными комментариями Утгард-Локи.

После испытаний Утгард-Локи принял путешественников гостеприимно, а поутру после завтрака отправился их провожать. Здесь он признает силу Тора и рассказывает об обмане: накануне им повстречался не Скрюмир, а сам Утгард-Локи, Логи – это огонь, Хуги – мысль, рог другим концом присоединен к морю, кошкой прикинулся сам Мировой Змей Ёрмунганд, а старуха Элли – сама старость. После этого признания и конунг, и город попадают.

На мой взгляд, испытания, которые Утгард-Локи предлагает путниками, демонстрируют различные аспекты бессознательного, неподвластные сознанию. Смысл испытаний – не в унижении, они несут в себе предметный урок. Все они характеризуются тем, что с виду они легко выполнимы, а на самом деле – невыполнимы в принципе.

Испытание, которое проходит Локи, состоит в скорости поедания пищи: «Тут принесли корыто и, наполнив его мясом, поставили на пол. Локи уселся с одного конца, а Логи - с другого, и принялись они есть кто скорее, и встретились посреди корыта. Локи обглодал дочиста все кости, а Логи съел мясо, да вместе с костями, а с ним и корыто. И всякому стало видно, что Локи игру проиграл». Его противником оказывается Логи, имя которого переводится как «Огонь». Забавно, что Локи единственный из путешественников сам предлагает продемонстрировать свое искусство. Если принять как предположение точку зрения исследователей, считающих Локи богом огня (в рунической письменности звуки  «к» и  «г» обозначались одной руной), то оказывается, что Локи соревнуется сам с собой.

Интерпретировать это состязание (как и остальные) можно по-разному. Я выделяю в нем как принципиальный аспект уничтожения чего-либо угрожающего путем поглощения (присвоения). Психологически такой механизм восходит к самым ранним этапам развития ребенка, когда голод ассоциируется с абсолютным несчастьем, сытость – с абсолютным счастьем, а процесс поглощения пищи (сосание материнской груди) является единственным способом стать счастливым. Самым очевидным аналогом такого поведения во взрослой жизни являются пищевые расстройства, например, переедание как способ снять тревогу.  Другими способом реализации этого механизма является неизбывное стремление к обладанию: нужно заработать  все деньги на земле, «поиметь» всех женщин (мужчин), получить самую дорогую машину, построить самый большой дом, посадить самое красивое дерево и вырастить самого талантливого сына. Однако на другом конце этого «корыта» непременно находится всепожирающий огонь. И здесь не важно, воспринимается ли он как внешний противник, отнимающий у нас ограниченный ресурс, или как внутреннее пламя,  которое уничтожит все, что мы бросаем в эту топку. Поскольку от успеха этого безнадежного соревнования зависит самооценка, перед нами все тот же конфликт между «хочу» и «могу».

Следующее состязание – состязание в скорости – проходит Тьяльви. Его противником является Хуги – «Мысль», причем это «мысль Утгард-Локи». Тьяльви, быстрее которого на земле человека нет, трижды проигрывает Хуги состязание в беге.

Похожая немецкая сказка повествует о двух хитрых ежах, обманувших быстроногого, но глупого зайца. Один из ежей оставался в начале дистанции, второй становился на финише, в итоге, как бы быстро не бежал заяц, он всегда проигрывал. Сказка, с моей точки зрения, лучше мифа поясняет суть происходящего: нематериальная «мысль» может находиться в двух точках одновременно. В Утгарде – бессознательном география изменена по сравнению с привычной нам картографией сознания, представленной словом.

Слово hugr  в древнеисландском языке означало «дух, душа», а так же «ум, настроение». В мифе подчеркивается, что речь идет о мысли Утгард-Локи, и это уже не привычное нам мышление в форме логических построений, а первобытное мышление в форме образов. И такое мышление всегда обгоняет слово.

Приведу такой пример: представьте себе широко известную картину, пусть это будет «Купание красного коня». Степень детализации, отчетливости разных элементов зависит, конечно, от вашего воображения, однако картину вы, скорее всего, увидели мысленным взором всю одновременно. Однако для того, чтобы объяснить, что изображено на картине, вам необходимо ее описать элемент за элементом, устанавливая приоритеты – фигура, фон, детали. Сознание диахронно, бессознательное – синхронно, поэтому Тьяльви никогда не догонит Хуги.

Поведенческим аналогом приведенного примера может служить автоматизация навыка – в начале обучения вождению автомобиля вы целиком сосредоточены на ваших руках и ногах, а также на последовательности действий; приобретя опыт, вы можете вести автомобиль, слушать музыку и любоваться окружающим пейзажем одновременно.

Еще один пример из области психоанализа, касается замечания Фрейда о безвременьи бессознательного: «процессы системы  бессознательного  протекают вне времени,  т.е. они не упорядочены во времени, не меняются с течением времени и вообще совершенно не связаны со временем...». То есть влечение, существовавшее, когда вам было три года, «догонит» вас и в тридцать, какое бы блестящее образование вы за это время не получили. В этом смысле, задачей психотерапии является сделать так, чтобы оно за вами не «бегало». Вопрос о том, от чего бегает Тьяльви, прояснить трудно, поскольку по мифам о нем мало известно. Поэтому решать этот вопрос лучше с исполнителем роли.

Далее за дело берется Тор и проходит целых три испытания.

Первое – выпить рог. «А Утгарда-Локи говорит: "Считается, что тот горазд пить из этого рога, кто осушит его с одного глотка. Другим на то надобно два глотка, и не найдется такого, у кого не достало бы силы опорожнить его с третьего разу"». Наглая ложь состоит в том, что рог другим концом опущен в море. Тор сделал три глотка, отхлебнул порядочно, но осушить рог так и не сумел.        

Комментарий к этому испытанию давно уже сделан Козьмой Прутковым: «нельзя объять необъятное». Море – один из основных символов бессознательного, и попытка осушить его в три глотка равносильна заявлению о том, что «все хтонические силы бессознательного мне подвластны». Тору как защитнику Асгарда по роду деятельности приходится иметь дело с агрессивными импульсами бессознательного и, вероятно, надежда взять извечного соперника под контроль должна быть очень для него соблазнительной. Комментарий Тора к своей неудаче трогателен: «Можно попробовать и другую игру. Но дома, среди асов, показалось бы мне странным, если бы такие глотки назвали там маленькими».  В психотерапии мне добрый десяток раз приходилось на процесс-анализе вступать с клиентами в дискуссию на тему «а вы мне докажите, что бессознательное существует». Увы, мои объяснения не всегда столь же эффективно противостоят торовскому напору клиентов, как Утгард-Локи – Тору.  

Второе испытание Тора – поднять кошку, которой прикинулся Мировой Змей Ёрмунганд. Это, на мой взгляд, основное испытание Тора. Ёрмунганд – сын Локи – главный противник Тора в скандинавских мифах. Брошенный асами в океан, он так разросся, что кусает собственный хвост. Тор трижды встречается с Ёрмунгандом. Здесь описана первая встреча. Вторая встреча – это «рыбная ловля Тора», которая закончилась тем, что Тор почти уже выловил Мирового Змея, но тот все же ушел в пучину, благодаря помощи великанов. Третья встреча состоится во время последней битвы и закончится гибелью противников.

Битва бога-громовника с хтоническим змеем  - очень распространенный мифологический сюжет, обычно он заканчивается гибелью гада и наступлением затем эры плодородия. Однако у скандинавов Ёрмунганд имеет другие функции, что определяет и иное развитие сюжета.

Имя Ёрмунганд – означает «Великий Посох», что может обозначать опору мира, идентичную Иггдрасилю. Другое его имя – Мидгардорм – означает «змей Мидгарда», и в этой ипостаси его функции сродни функциям стены, отгораживающей Мидгард от Утгарда, он представляет собой границу миров. Тор также охраняет границу, и его противостояние с Ёрмундгандом – это противостояние двух пограничников. Если использовать военную метафору, то функции пограничной службы состоят в противостоянии диверсиям на границе, сборе информации о предполагаемом противнике и, в редких случаях, в диверсионных вылазках. Сама граница установлена Локи (Утгард-Локи) и Одином, которые в нашей метафоре символизируют президентов суверенных государств, и не дело погранслужбы нарушать эту границу. Серьезное нарушение границы предполагает полномасштабную войну и требует мобилизации всей военной мощи государства -  это Рагнарек.

Если говорить об отношении сознания и бессознательного, то аналогом такой границы служат защитные механизмы личности, вырабатываемые в течение всей жизни. Защитные механизмы, согласно одной из школ психоанализа, Эго-психологии, не просто защищают Эго от влияния бессознательного, но и определяют саму личность. Используя нашу метафору, очертания границ определяют очертания государств, а их проницаемость говорит о межгосударственных отношениях. Личность с негибкими, жесткими границами можно сравнить с тоталитарным государством, окруженным «железным занавесом». Слишком проницаемые границы говорят о слабости государства, неспособности защититься от соседа. Зрелая личность способна договариваться о границах и, в зависимости от политической ситуации, контролировать их проницаемость. Отсутствие границы означает, что государство перестало существовать как суверенная единица, в психиатрии такое нарушение называется психозом. Если бы Тор преуспел в своей борьбе со змеем, Мидгард и Асгард перестали бы существовать, что и происходит в Рагнарек.

 


Copyright Леонид Огороднов © 2017