Мифодрама - Леонид Огороднов. Агиодрама: психодраматическая работа по житиям православных святых 2

Статистика


Онлайн всего: 2
Гостей: 1
Пользователей: 1
wapedjak

Форма входа

Логин:
Пароль:

Поиск





Суббота, 25.02.2017, 05:12
Приветствую Вас Гость | RSS
МИФОДРАМА
сайт Леонида Огороднова
Главная | Регистрация | Вход
Леонид Огороднов. Агиодрама: психодраматическая работа по житиям православных святых 2



назад

Церковью давно уже замечена склонность людей склеивать психические и трансцендентные роли. В Православии людям настоятельно не рекомендуется во время молитвы представлять себе какой-либо визуальный образ Того, Кому ты молишься.

Отсюда следует еще одно специфическое агиодраматическое правило, на этот раз имеющее отношение скорее к ведущему, чем к участникам:

 

мы никогда не выводим на психодраматическую сцену Бога-Отца, Христа, Святой Дух и Богоматерь, а также никак не имитируем благодать Божью.

 

Более узкой, более конкретной задачей агиодрамы является работа над различением трансцендентных и остальных, в первую очередь, психологических ролей. Первое, что здесь необходимо – это не путать их, и нужно это для того, чтобы обеспечить их бесконфликтное взаимодействие.  

Приведу в пример все то же чувство вины. Можно выделить два полюса отношения нему: первый - полное отрицание ценности вины, и тогда цель терапии - избавиться от нее любой ценой. К сожалению, такой подход часто встречается в психотерапии. Второй полюс - та точка зрения, которая ставит знак равенства между чувством вины и голосом совести. Такой взгляд преобладает у людей верующих, но далеких от психотерапии. Обе крайности в работе с живыми людьми я считаю неприемлемыми.
Давайте возьмем не столь острый пример, как аборт. Украл я, предположим, у соседа корову. Тем самым я: виноват перед соседом (психическая роль); преступил закон общины (социальная роль); нарушил Господню заповедь (трансцендентная роль). Пусть теперь я соседу цену коровы отдал, повинился, он меня простил; полгода бесплатно пас общественное стадо; на исповеди искренне покаялся. Причин быть виноватым, вроде бы, нет А вина не отпускает.
Я тут вижу два варианта. Вина может быть тут голосом совести, если, например, был иной мотив кражи чем не тот, в котором я повинился. Украл я из зависти к соседу, а повинился, как будто украл с голодухи. Зависть, стало быть, осталась нераскаянной, и вина об этом мне напоминает. Покаюсь в зависти - вины не будет.
Второй вариант - иррациональная вина. В детстве отец ушел из семьи, а я, 5-ти летний мальчик, воспринял это как свою вину - я плохо себя вел, вот он и ушел. Или кто-то из родителей умер, потому что я кашу плохо ел. С тех пор все, что я делаю, сопровождается чувством вины. А уж кража - это такой удобный повод спроецировать на нее чувство вины, что лучше и не придумаешь. И вот, теперь я неизбывно виноват перед соседом, обществом и Богом. Ни о какой совести тут речи не идет, здесь нет нераскаянного греха. Но в результате генерализации чувства вины я сам себя отлучаю от соседа, общества и Бога.

Для иллюстрации того, как с этим можно работать в агиодраме, вернемся к интервью с Инной. Речь идет об агиодраме «св. Евстафий Плакида», в которой Инна была протагонисткой. Пересказать житие Евстафия сложно, по сюжету оно напоминает мексиканский сериал. Скажу только, что обращение языческого (римского) полководца Ефстафия Плакиды началось с того, что на охоте ему явился Христос в виде Оленя. После этого Евстафий отправляется странствовать, во время путешествия теряет сначала жену, а затем и двух сыновей. Спустя много лет семья восстановлена, Евстафий пребывает в славе и почете, но отказывается принести жертву языческим богам и принимает мученическую смерть.

Постановка растянулась на два дня, но связано это было не с обилием поворотов сюжета, а с тем, что Инна не могла войти в роль – ее личные переживания были слишком сильны. Мы оставили агиодраму, сыграли небольшую психодраматическую сцену, связанную с бабушкой протагонистки, а затем вернулись к житию. Вот как об этом вспоминает Инна спустя несколько месяцев:   

 

Интервью

 

ЛО: …И там был Олень – сквозная тема, объединяющая все сцены.

ИК: Олень…бабушка.

ЛО: Олень – это бабушка? Олень – это Христос, вообще-то… И он у тебя ассоциируется с бабушкой?

ИК: На драме ассоциировался. Когда я была маленькая, для меня самый главный человек была бабушка. Она мне диктовала, она меня посвящала в семейные тайны и запрещала об этом говорить кому-либо. Маленького ребенка – во взрослые тайны… Олень вначале вел себя так же.

ЛО: Я правильно понимаю, что мы не больше не меньше, как сняли такие проекции с Христа?

ИК: Да.

ЛО: Тогда что получается. Что при расставании с женой и при потере детей Олень не был ресурсом, а был фигурой, дающей непосильную ношу? Когда мы ушли от текста жития в чисто психодраматическую работу, и всплыла бабушка, эти две фигуры разделились. И Христос стал Христом, ресурсом, а не манипулятором и насильником. Бабушке – бабушкино, Богу – Богово…

ИК: Да, и именно поэтому вторая часть драмы была очень гладкая, ресурсная, жизнеутверждающая.

     

Итак, обобщу сказанное: с точки зрения психотерапевтических механизмов, агиодрама – это психодраматическая Встреча протагониста со святым, позволяющая гармонизировать его (протагониста) соматические, психологические, социальные и трансцендентные роли.

 

Структура и содержание агиодраматического действия

 

Опыт показывает, что форма  агиодраматических занятий, состоящая в еженедельных групповых встречах,  является оптимальной.  Актуальным является вопрос о том, должна ли эта группа быть закрытой или открытой. Мне видится наиболее перспективным следующее устройство агиодраматической группы: после нескольких (двух-трех) занятий группа закрывается. Число занятий в закрытой группе равно числу ее участников (около 10). Члены закрытой группы обязуются участвовать в каждой сессии. После того, как каждый участник побывает протагонистом, группа открывается, то есть поработавшие участники могут ее покинуть, а новые люди – принять участие в работе группы. Через два-три занятия группа снова закрывается. Цикл «закрытости» группы составит, таким образом, 10 недель или 2,5 месяца. Такая форма работы наиболее продуктивна с точки зрения групповой динамики.  

Вне зависимости от открытости/закрытости группы, выбор протагониста агиодрамы происходит на группе, предшествующей действию, поскольку и протагонист, и ведущий должны успеть ознакомиться с текстом жития.  Знакомство с текстом для остальных участников группы не обязательно (поскольку он все равно будет озвучен), но желательно (поскольку люди, осмыслившие житие, глубже проникаются действием). Для того, чтобы участникам группы было удобнее ознакомиться с тестом, я публикую его на сайте «Мифодрама» и высылаю членам группы ссылку на текст. Своими впечатлениями от текста участники могут поделиться на форуме сайта, не дожидаясь самой агиодрамы.

Выбор протагониста осуществляется следующим образом. В конце занятия ведущий предлагает участникам обозначить свое желание быть протагонистом в следующий раз. Участник группы может заявить в качестве материала для работы: 1. житие своего святого покровителя (выявляется по святцам); 2. житие любого святого, который ему интересен; 3. личную тему для психотерапевтической работы. В последнем случае житие святого для постановки выбирает ведущий.    

 

Как и любое психодраматическое действие, агиодрама начинается с разогрева. Разогрев может быть как тематическим, связанным с темой будущей агиодрамы, так и общим, призванным повысить уровень энергии в группе. Примером разогрева, вводящего участников в контекст работы со святостью, является социометрический разогрев «Лики святости». Ведущий обозначает в пространстве основные типы (лики) святости (мученик, преподобный, страстотерпец и пр.) и предлагает участникам группы выбрать путь, который кажется наиболее более близким.

 

Лики святости, используемые в разогреве:

 

Бессребренники

Христиане, прославившиеся своим бескорыстием, отказом от богатства ради своей веры. Зачастую к ним относят святых, обладавших даром врачевания и не бравших платы за свой труд.

Благоверные

Монархи и удельные князья — за свою благочестивую жизнь, дела по укреплению церкви и веры.

Исповедники

Лица, открыто исповедовавшие свою веру во время гонений на христиан. В отличие от мучеников, исповедники после перенесенных мучений оставались в живых.

Мученики

Люди, принявшие смерть за свою веру.

Преподобные

Монашествующие, почитаемые за подвижническую жизнь.

Праведные

Миряне и священнослужители из белого духовенства, почитаемые за праведную жизнь.

Страстотерпцы

Лица, принявшие мученическую кончину не за веру, возможно даже от единоверцев (в силу злобы, коварства, заговора). Почитается особый характер их подвига — беззлобие и непротивление врагам.

Блаженные и юродивые

Подвижники, добровольно принявшие на себя образ безумных. Для таких лиц характерен аскетический образ жизни, обличение (в том числе публичное) людских пороков.

 

После интервью о причинах выбора участникам предлагается выбрать человека, наиболее подходящего на роль мученика, преподобного, страстотерпца и т.д. Каждый участник подходит к выбранному человеку и кладет руку ему на плечо. В результате получается наглядный «рисунок» состояния группы по выбранному критерию.

 

Текст жития святого озвучивает протагонист.  Для протагониста этот рассказ служит разогревом. У ведущего есть возможность оценить, какие эпизоды жития выделяет для себя протагонист. Не знакомые с текстом участники группы знакомятся с ним. Тексты житий святых сильно различаются по объему, у нас не всегда есть возможность поставить житие целиком. В случае, когда это невозможно, мы ставим ключевые сцены жития, которые выбирает протагонист. Ведущий при этом следит за тем, чтобы выбранные протагонистом эпизоды составляли единое целое, логически непротиворечивый рассказ.

 

Психодраматическая постановка жития зависит от контракта, заключенного между протагонистом и ведущим. Иногда такой контракт заключается в процессе подготовки к агиодраме, но чаще ведущий и протагонист договариваются о целях работы непосредственно в ходе агиодраматической сессии. В процессе заключения контракта ведущий и протагонист должны решить, в какой степени драма будет посвящена исследованию жития святого, а в какой – разрешению жизненной ситуации протагониста. Здесь есть свобода выбора – агиодрама может быть целиком посвящена проживанию жития, а может быть ориентирована на проблему клиента таким образом, что фигура святого в ней только обозначена.

 

Технически психодраматическая постановка жития святого или эпизода из его жития не отличается от классической психодрамы, однако существуют два специфически агиодраматических правила для ведущего.

1. Как уже было сказано, мы не выводим на сцену Бога–Отца, Христа, Духа Святого и Богоматерь. Если в житии описано божественное вмешательство в людские дела, мы психодраматически ставим последствия этого события и реакции на него святого, но не вводим Бога как действующий персонаж агиодрамы. К примеру, в житии Леонида Устьнедумского святому является во сне Дева Мария, и велит ему основать монастырь. Почитая себя недостойным этого труда, Леонид на протяжении нескольких лет уклоняется от выполнения повеления, так что Богоматери приходится три раза напоминать ему о промысле Божьем. В данном случае предметом нашей работы являются сомнения Леонида, поэтому мы можем ввести в действие фигуру «сон Леонида», напоминающую святому о его предназначении, но нет никакого смысла вводить фигуру Богоматери.   

Исключение из этого правила - те немногочисленные случаи, когда предметом психодраматической работы являются непосредственно проекции протагониста на Бога.

2. Мы не имитируем на психодраматической сцене нисхождение Благодати. Искушение ввести Благодать в той или иной форме в качестве психодраматического ресурса для ведущего здесь велико, ему надо противостоять.

 

Хочу здесь сказать несколько слов об опасениях, возникающих у людей верующих в связи с психотерапией. Если верующий далек от психотерапии, он зачатую склонен воспринимать ее как нечто, пытающееся заменить собой церковные Таинства. Верующие опасаются, что психолог стремится заменить собой священника. И надо признаться, что в ряде случаев их опасения небеспочвенны, неверующий психолог зачастую склонен считать церковную жизнь устаревшей формой помощи людям, а свою деятельность – прогрессивной ее заменой.

Я четко разграничиваю сферы деятельности священника и психолога. Ведущий агиодрамы ни в коем случае не претендует на совершение Таинств, и ни в коем случае не стремится заменить Таинство психотерапией. Работу психолога в этом отношении можно назвать сопровождением служения священника. В приведенном выше примере с абортом N агиодраматическую работу группы можно рассматривать не только как психотерапию, но и как подготовку к Таинству Покаяния, ни в коем случае не заменяющую собой само Таинство. После этой работы, открывшей для протагонистки новые аспекты случившегося 20 лет назад, необходимо именно церковное Покаяние (собственно, так оно и случилось – протагонистка после драмы отправилась в церковь). Иначе: нисхождение Благодати – это Дар Божий, он возможен только в лоне Церкви, и мы должны всячески избегать имитации этого Дара в процессе агиодрамы.

 

Но вернемся к вопросу о том, как строится агиодраматический процесс. Как и классическая психодрама, агиодрама может быть сосредоточена на внутренних переживаниях протагониста (святого), а может описывать событийную сторону жития. Мой опыт показывает, что интрапсихическая драма более эффективна с людьми верующими, но я не стану возводить это наблюдение в ранг правила.

Самой общей задачей агиодрамы является психодраматическая Встреча святого и протагониста. В любом случае, вне зависимости от формы агиодрамы, в любой сцене должны присутствовать или хотя бы подразумеваться два пространства: пространство святого и пространство протагониста.

 

Агиодрама завершается шерингом, который строится по правилам психодраматического шеринга. Ведущему следует уделять особое внимание тому, чтобы выражение чувств участников не переходило в проповедь их картины мира.  

 

Психотерапевтический процесс не обязательно завершается на агиодраме. Вернее, он может завершиться по видимости, но всегда продолжается по сути. Ярким примером является описанный выше случай с агиодрамой о Ксении Петербургской. Поэтому, поучаствовав в одной драме, в том числе и в своей, не стоит думать, что тема закрыта. Возможность отрефлексировать свои переживания нам предоставляет, в частности, интернет, где можно опубликовать (разумеется, соблюдая правило конфиденциальности) свои впечатления от прошедшей агиодрамы. Здесь же, во отличие от пространства действия, коим является агиодраматическая группа, возможно и полезно развернуть теологическую дискуссию о смысле произошедшего.

 

Формы агиодрамы

 

В настоящее время мною опробованы четыре психодраматические формы агиодрамы. 

 

Психодрама. При той форме работы есть протагонист, с которым заключен терапевтический контракт. Действие строится в зависимости от контракта. Как правило, ставится не житие целиком, а выбранные протагонистом и ведущим сцены.

 

Социодрама. Житие святого ставится целиком, участвует вся группа. Хотя здесь есть главное действующее лицо (или несколько действующих лиц, если святых несколько, например, Петр и Феврония), контракта с ним не заключается.

  

Виньетки. Короткие сцены из житий или патериков могут быть использованы для разогрева группы и фокусировки проблем участников. Фантастическим по своей энергетике и содержанию опытом явилась постановка сцен из патерика «Луг Духовный». В двух словах расскажу, как мы это делали. Сначала  каждый участник выбирал из списка интересующую его тему, затем мы случайным образом находили в книге историю, иллюстрирующую данную тему и ставили ее на агиодрамтической сцене. В результате все участники группы успевали поработать, и эта работа запоминалась надолго. За все время работы я посвятил патерикам три вечера.

 

Психодрама из «зеркала». По содержанию эту форму работы нужно отделить от обозначенной выше психодрамы, хотя название ее условно. Праобразом ее является плейбек-театр. Суть ее состоит в том, что несколько участников группы спонтанно разыгрывают житие святого или эпизод из этого жития, а протагонист со стороны смотрит на разворачивающееся действие. При необходимости он может корректировать действие или войти в сцену.

 

Не сомневаюсь, что с течением времени родятся и другие формы агиодраматической работы. 

 

Кому нужна агиодрама

 

Я пришел к выводу, что всех клиентов агиодрамы можно, по направленности их трансцендентных ролей, условно разделить на 4 категории: воцерковленные верующие, невоцерковленные верующие, неверующие и верующие, но не православно. Соответственно, цели и тактика работы будут различаться. Для православных верующих, по моему опыту, целью работы является прояснение некоторых аспектов церковного опыта. Для людей невоцерковленных основным объектом работы является образ Церкви. Для иноверцев, язычников и экстрасенсов - образ Христианства и Православия. Для неверующих - образ Бога. При этом надо помнить, что для последних двух категорий текст жития не является сакральным текстом, входящим в Св. Предание. Соответственно, и работать нужно по-разному. Такое понимание может оказаться эвристичным не только с точки зрения развития агиодрамы, но и с точки зрения развития христианской психотерапии вообще.

Участниками агиодрамы могут быть люди как верующие, так и неверующие. Для себя я так определил критерий отбора на группу: это люди, которые перед началом группы могут помолиться, или, не молясь сами, с уважением и интересом отнестись к молитве других как к проявлению христианского мироощущения. Или так: участником группы может быть любой, кто может без внутреннего сопротивления войти в православный Храм, и не считает при этом требование снять шапку или надеть косынку ущемлением своих гражданских прав.

Важное направление в работе группы как для верующих, так и для неверующих ее участников – наполнение личным смыслом центральных для христианства понятий, таких как смирение и гордыня, грех и целомудрие, страсть и аскеза, и многих других. Разумеется, то или иное представление о них есть у любого верующего (да и безверующего) человека, однако далеко не всегда оно соотнесено с его повседневной жизнью.  

У людей, которые не являются православными, но по своему мировоззрению вполне могли бы быть участниками группы, есть свои страхи. Если их обобщить, то они сводятся к тому, что люди боятся, что в агиодраматической группе их будут обращать в Православие или воцерковлять с помощью хитрых манипулятивных приемов. У агиодрамы нет такой цели. Если участие в группе станет тем путем, которым Бог приведет человека к Православию, я буду счастлив, но саму группу я рассматриваю именно как терапевтическую, а не как миссионерскую. Образно, ее можно сравнить с работой христианского госпиталя, врачи которого лечат своих пациентов безотносительно к их вере. Единственным условием участия в группе является уважение к православным ценностям.


Copyright Леонид Огороднов © 2017